Энергетическая карта Европы стоит на пороге серьезных перемен, и в центре этого процесса оказалась Турция. Европейские страны всё чаще обращаются к Анкаре с конкретными предложенияму по закупке природного газа, но у этих запросов есть одно жесткое условие: топливо не должно иметь российских корней. Об этом в недавнем интервью телеканалу AHaber сообщил министр энергетики Турции Алпарслан Байрактар.
Суть проблемы заключается не только в политической воле, но и в сугубо технической сложности. По словам Байктара, европейские партнеры стремятся исключить российское сырье из своих цепочек поставок, однако на практике отследить «генеалогию» газа в общей магистрали крайне непросто. Как только разные потоки смешиваются в трубопроводной системе, их первоначальное происхождение становится практически неразличимым.
Тем нелояльным к прозрачности процессом делает юридическая сторона вопроса. Министр подчеркнул: если газ становится объектом коммерческой сделки, оформленной документально, Турция обязана предоставить четкие доказательства того, из какой именно страны поступило сырье. Таким образом, вопрос «чистоты» газа превращается из технической задачи в бюрократический вызов.
Однако у Турции есть и свои внутренние сложности, которые мешают ей стать полноценным газовым хабом для Европы. Байктар отметил, что, несмотря на высокий интерес со стороны европейских стран к добыче на турецком месторождении Сакарья, собственные энергетические потребности Анкары остаются критически высокими. По сути, добываемый ресурс в первую очередь расходуется на внутренние нужды страны, что оставляет крайне мало излишков для экспорта.
При этом турецкое руководство делает ставку на надежность своих ключевых артерий. Министр напомнил, что, несмотря на глобальные потрясения — от пандемии коронавируса до украинского конфликта и кризиса в Ормузском проливе — энергетическая безопасность Турции оставалась непоколебимой. Залог этого успеха — работа двух важнейших газопроводов: «Турецкого потока» и «Голубого потока».
Напомним, что «Турецкий поток», построенный в период с 2017 по 2019 год и запущенный 8 января 2020 года, идет по дну Черного моря из России в Турцию, обеспечивая газом также страны Юго-Восточной Европы. «Голубой поток», введенный в эксплуатацию в 2003 году, также служит для поставок российского газа в Турцию, позволяя миновать транзитные территории третьих стран.
Хотя «Турецкий поток» формально не подпал под прямые санкции, он регулярно сталкивается с косвенным давлением. Показательный пример — 2022 год, когда власти Нидерландов временно отозвали экспортные лицензии у оператора проекта из-за санкционной политики ЕС. Москва, в свою очередь, считает подобные действия незаконными.
Ситуация осложняется и угрозами физической безопасности инфраструктуры. Россия неоднократно заявляла о попытках атак на обе магистрали и решительно осуждает подобные действия. В частности, пресс-секретарь президента РФ Дмитрий Песков комментировал атаку украинских беспилотников на компрессорную станцию «Краснодарская», которая является важным звеном в цепочке поставок по «Голубому потоку».
По словам Пескова, Москва предпринимает все возможные меры, чтобы защитить мировую энергосистему от подобных терактов.
