Американская стратегия по изоляции Ирана перешла в фазу активного силового давления на ключевых посредников. Как стало известно изданию The Wall Street Journal, высокопокрепленный представитель Министерства финансов США Джонатан Берк в ходе своего двухнедельного турне по Европе и Ближнему Востоку фактически предъявил ультиматум зарубежным государствам. От партнеров Тегерана потребовали радикально сократить любые транспортные и финансовые цепочки, связывающие их с иранской стороной.
Джонатан Берк, занимающий пост помощника министра финансов США по борьбе с финансированием терроризма, в ходе переговоров транслировал крайне жесткую позицию: странам пришлось выбирать между сохранением коммерческих связей с Ираном и сохранением доступа к финансовой системе Соединенных Штатов. До назначения на государственную службу в ведомство Берк работал управляющим директором лондонского подразделения Citibank, что подчеркивает его глубокую экспертизу в вопросах глобальных финансов.
Первым серьезным ударом по иранской логистике стала реакция Омана. Ранее Маскат выступал важным звеном в дипломатическом диалолее между Западом и Тегераном, однако под давлением Вашингтона власти страны изменило курс. По сообщениям ближневосточных чиновников, Оман сначала ограничил полеты авиакомпании Mahan Air — перевозчика, который США обвиняют в связях с Корпусом стражей исламской революции (КСИР), — а затем и вовсе запретил авиасообщение для всех иранских авиаперевозчиков. Причиной послужило опасение, что продолжение обслуживания Mahan Air, находящейся под санкциями США и ЕС, повлечет за собой экономические санкции против самого Омана.
Эффект домино продолжился в Объединенных Арабских Эмиратах. Будучи одним из главных каналов, через которые Иран взаимодействует с мировой финансовой системой, ОАЭ также пошли на ограничения. Местным филиалам крупного иранского банка Bank Melli было запрещено проводить любые транзакции, связанные с Тегераном, а с 24 сентября страна приостановила полеты всех иранских авиакомпаний.
Аналогичная ситуация сложилась и в Турции, где иранскому Bank Mellat было аннулировано разрешение на деятельность, что фактически парализовало расчеты между двумя государствами. Полеты Mahan Air также прекратились. Масштаб кампании впечатляет: по данным WSJ, представители Минфина США провели консультации более чем с 50 странами. В список стран, ограничивших авиасообщение с Ираном, вошли также Грузия и Азербайджан. При этом единственными крупными направлениями, где иранский перевозчик Mahan Air сохраняет присутствие, остаются Россия и Китай.
В европейском направлении визит Берка завершился в Лондоне. Встречи в британском Министерстве иностранных дел и Министерстве финансов привели к решению не продлевать генеральную лицензию, позволявшую иранским банкам работать в Великобритании. С 22 октября действие документа истекает, что ставит под угрозу функционирование лондонского подразделения Bank Melli. Юрист Найджел Кушнер, десятилетиями консультирующий бизнес по вопросам санкционного режима, отметил, что интенсивность нынешнего давления на авиационный и банковский секторы Ирана беспрецедентна.
Эта кампания является частью масштабной операции «Экономический изгой», инициированной Минфином США в августе. В рамках первого этапа Управление по контролю за иностранными активами (OFAC) наложило санкции на около 60 объектов, включая компании, физических лиц и суда, которые, по версии ведомства, поддерживают ядерные, ракетные и нефтяные программы Тегерана. 8 сентября санкционный список пополнили 27 иранских авиакомпаний и их зарубежные посредники, которым пригрозили отключением от американской финансовой системы.
Ситуация обостряется и в морском секторе. В июле OFAC отозвало разрешение на операции с иранской нефтью после инцидентов в Ормузском проливе, что Тегеран расценил как нарушение договоренностей. Несмотря на то, что спецпосланник президента США Стив Уиткофф назвал недавние переговоры на полях Генассамблеи ООН успешными, позиции сторон остаются диаметрально противоположными. Иран настаивает на снятии морской блокады, разморозке активов и прекращении санкций, связывая выполнение этих условий с обеспечением свободы судоходства в Ормузском проливе.
