По данным Министерства финансов США, объем американских государственных облигаций, находящихся в распоряжении китайских инвесторов, упал до отметке в 618 миллиардов долларов. Это минимальный показатель с августа 2000 года, ведь еще в ноябре 2013 года активы Пекина в американском суверенном долге превышали 1,3 триллиона долларов.
Текущая динамика свидетельствует о глубоких переменах в политике управления государственными резервами Китая и нарастающем экономическом разрыве между двумя сверхдержавами. В то время как Соединенные Штаты сталкиваются с критическим бюджетным дефицитом и инфляционным давлением, китайская экономика борется с замедлением темпов роста и дефляционными процессами, несмотря на сохранение рекордного положительного сальдо в торговом балансе.
Вэй Ли, возглавляющий отдел мультиактивных инвестиций в подразделении BNP Paribas Securities в Китае, объясняет этот процесс глобальной тенденцией. По его мнению, Пекин переориентирует свои портфели, отдавая предпочтение золоту, облигациям государственных агентств США (включая ипотечные ценные бумаги с правительственными гарантиями) и акциям, рост которых подстегнут бумом технологий искусственного интеллекта.
При этом аналитики указывают на сложность мониторинга реальных объемов китайских активов. Существует мнение, что значительная часть американских ценных бумаг теперь удерживается через сторонние депозитарии, такие как люксембургская Clearstream и бельгийская Euroclear, что делает точную оценку вложений крайне затруднительной.
Важным геополитическим фактором стало и опасение Пекина за сохранность своих средств. После того как в 2022 году Вашингтон заморозил зарубежные резервы России в ответ на действия в Украине, Китай начал проявлять осторожность, опасаясь применения аналогичных санкционных механизмов против него.
Рыночные условия также способствуют перераспределению капитала. На фоне высокой привлекательности фондового рынка США, подогреваемого сектором ИИ, иностранные инвесторы стали отдавать предпочтение акциям, а не облигациям. Согласно статистике Deutsche Bank, приток зарубежного капитала в американские акции за год (по июнь включительно) составил в среднем 2,8% от ВВП США. Этот показатель впервые с начала текущего столетия обошел объем вложений в гособлигации (2% от ВВП), если не учитывать кратковременные периоды пандемии COVID-19 и последствия мирового финансового кризиса.
Алисия Гарсия Эрреро, выступающая в роли главного экономиста по Азиатско-Тихоокеанскому региону в инвестиционном банке Natixis, считает, что действия Китая служат сигналом для США о возможности массового избавления от казначейских бумаг. Она также подчеркивает растущую тревогу мировых игроков относительно масштабов американского долга, который в прошлом месяце перешагнул порог в 40 триллионов долларов. Кроме того, рост доходности японских государственных облигаций заставляет инвесторов из Японии возвращаться на внутренний рынок, что может спровоцировать дальнейшее повышение доходности американских казначейских облигаций.
Исторический контекст подчеркивает серьезность ситуации: за последние двадцать лет объем госдолга США увеличился с менее чем 6 триллионов долларов до нынешних значений из-за масштабных государственных расходов, вызванных финансовым кризисом и пандемией. За последнее десятилетие долговое бремя страны удвоилось, а долг перед внешними держателями, по сведениям Минфина США, превысил 32 триллиона долларов, что сопоставимо с объемом всей экономики США.
Китай, занимающий третье место в списке крупнейших держателей американского долга после Японии и Великобритании, накопил эти активы за счет многолетнего торгового профицита. Как отмечает издание Financial Times, этот вопрос является крайне чувствительным для Дональда Трампа. Американское руководство также выражает серьезную обеспокоенность продажами облигаций иностранными участниками, поскольку подобные действия провоцируют рост доходности и значительно удорожают процесс рефинансирования государственного долга.
