Дипломатическая партия между Иерусалимом и Вашингтоном зашла в тупик. Предложенный Дональдом Трампом масштабный план из 15 пунктов, призванный урегулировать конфликт, натолкнулся на жесткое сопротивление израильского стороны. В Израиле дали понять: вопрос разоружения ХАМАС не является предметом торга, и любые полумеры будут отвергнуты.
Эту позицию озвучил Дмитрий Гендельман, советник премьер-министра Биньямина Нетаньяху и ключевой функционер партии «Ликуд». Его заявление не оставляет места для иллюзий: Армия обороны Израиля (ЦАДКЛ) не отступит ни на метр от своей цели. Речь идет не просто об ослаблении группировки, а о полном и безоговорочном изъятии всего арсенала — от легкого стрелкового оружия до тяжелых систем.
«Фиктивные схемы не пройдут», — отрезал Гендельман в своем телеграм-канале.
По его словам, сейчас идет активная работа с американскими партнерами, но из предложенных Вашингтоном идей Израиль готов принять лишь часть. При этом политический вектор нынешнего правительства остается непоколебимым: создание любого палестинского государства — будь то в секторе Газа или на Западном берегу реки Иордан — исключено. В риторике израильской стороны четко прозвучало неприятие любых альтернативных образований, которые он иронично назвал «Фатхастаном» или «Хамастаном». Напомним, что Западный берег сейчас находится под контролем движения «Фатх», входящего в ООП во главе с Махмудом Аббасом.
Особое внимание советник уделил региональной угрозе в лице Ирана. По мнению Гендельмана, Тегеран ведет крайне осторожную игру, атакуя всех соседей, кроме Израиля, — и только потому, что осознает масштаб возможного возмездия. Главным приоритетом для Нетаньяху остается пресечение ядерных амбиций Ирана.
«С соглашением или без: пока Нетаньяху премьер, ядерного оружия у Ирана не будет», — подчеркнул он.
Логика Израиля проста: невозможно стабилизировать Газу, пока Иран продолжает снабжать ХАМАС и «Хезболлу» ресурсами и не прекращает развитие своей ядерной программы.
Гендельман также выступил с резкой критикой тех, кто пытается навязать Израилю образ «слабого государства». В качестве аргументов против такой пропаганды он привел операции в Рафиахе, контроль над Филадельфийским коридором, ликвидацию высокопоставленных террористов, включая Али-Тахера и Насраллу, а также прямые удары по иранским объектам. По его мнению, обвинения в слабости исходят лишь от тех, кто выступал за немедленный вывод войск из Газы и отказ от действий в Ливане и Иране.
«Безопасность Израиля — это не предмет переговоров, даже с нашими лучшими друзьями», — подвел он итог.
На фоне этого политического противостояния возникают и споры вокруг гуманитарных инициатив. В СМИ, в частности в репортажах военкора Дорона Кадоша, просочилась информация о том, что Израиль якобы одобрил создание в восточной части Рафаха новой жилой зоны — «Зеленого Рафаха» — под управлением многонационального контингента. Однако канцелярия премьер-министра поспешила опровергнуть эти слухи, назвав их искажением фактов. По официальной версии, речь идет лишь о реализации уже известного пилотного проекта ОАЭ по созданию палаточного лагеря для палестинцев на территории, очищенной от влияния ХАМАС.
Сама же основа для конфликта — американский план из 15 пунктов — выглядит как попытка найти баланс, который пока не находит поддержки. Согласно данным Bloomberg, из 15 пунктов американской инициативы 12 — это жесткие требования к Тегерану (включая ограничение ракетной программы и открытие Ормузского пролива), а лишь три — предложения в обмен на выполнение условий. Однако Иран уже выдвинул встречные требования, настаивая на выплате репараций и международном признании своего суверенитета над Ормузским проливом, что делает мирный процесс еще более призрачным.
