Эксперты прогнозируют масштабную экспансию российского нефтесервисного сектора в ближайшее десятилетие. Согласно аналитическим данным компании «Яков и партнеры», представленным в обзоре «Реакция замещения: новые точки роста в нефтегазе до 2035 года», объем данного рынка может совершить прыжок с 3,2 трлн рублей в 2025 году до 6,4 трлн рублей к 2035 году в рамках базового сценария. При более оптимистичном раскладе, предполагающем форсированное внедрение новых технологий, цифра может достичь внушительных 8,4 трлонов рублей.
В краткосрочной перспективе, а именно в 2026 году, ожидается умеренная динамика — рост на 3%, что обеспечит выручку в размере 3,3 трлн рублей. Аналитики подчеркивают, что, несмотря на высокую степень консолидации отрасли внутри вертикально интегрированных компаний (ВИНК), способную адаптировать технологии под конкретные нужды добычи, основной прирост рынка в ближайшие годы будет во многом определяться лишь темпами инфляции цен.
Главным драйвером будущего роста эксперты называют необходимость освоения трудноизвлекаемых запасов (ТрИЗ). Сегодня доля таких активов в общей структуре ресурсов составляет, по разным оценкам, до 60%. Ситуация в текущей добыче уже демонстрирует серьезные изменения: доля «трудной» нефти составляет около 30%, но если учитывать выработанные, обводненные и низкопроницаемые пласты, этот показатель вплотную приближается к 57%. Прогнозы на будущее еще более радикальны: к 2030 году более половины всех новых объемов добычи будет приходиться на ТрИЗ, а к середине столетия их доля в общем объеме может взлететь до 70%.
Под термином ТрИЗ понимаются залежи, добыча из которых осложнена сложной геологией или физическими свойствами углеводородов (например, высокой вязкостью). Из-за низкой рентабельности такие месторождения часто остаются недоступными без применения специфических инженерных решений. При этом в профильных ведомствах, в частности в Минфине, отмечают отсутствие четкой юридической дефиниции этого понятия, настаивая на том, что прежде чем стимулировать добычу, необходимо сформировать единый понятийный аппарат.
Статистические данные подтверждают старение ресурсной базы. По сведениям «Яков и партнеры», за период с 2010 по 2024 год уровень обводненности добычи подскочил с 29% до 52%, при этом объем проходки вырос почти на 80%. Однако при такой колоссальной интенсификации работ общий объем добычи остается практически неизменным: 516 млн тонн в 2024 году против 512 млн тонн в прогнозе на 2025 год. Фактически, отрасли приходится бурить значительно больше, чтобы просто удерживать плато.
Аналогичные выводы делают и специалисты Kasatkin Consulting. В их сентябрьском исследовании указано, что в период 2026–2028 годов добыча будет держаться на уровне около 515 млн тонн ежегодно, но стабильность этого показателя будет зависеть от роста инвестиций и усложнения сервисных процессов. Для сравнения: за последние пять лет (2021–2025 гг.) объем проходки увеличился на 11%, а численность персонала в нефтесервисе выросла на 16%, в то время как сама добыча сократилась на 2%.
Одним из наиболее перспективных, но технологически сложных направлений являются баженовская свита и юрские отложения. Технологий для их промышленного освоения на текущий момент не существует в природе, однако государство уже предпринимает шаги для решения этой задачи. Так, федеральный проект по освоению ТрИЗ в ХМАО продемонстрировал впечатляющие результаты: с 2017 года эффективность добычи выросла в три раза, а удельные издержки снизились с 8,5 тыс. рублей до уровня, позволяющего прогнозировать промышленное освоение к 2030 году.
Структура рынка сервиса в России остается относительно стабильной. По данным Kasatkin Consulting, 49% выручки обеспечивают структуры, связанные с ВИНК или их «кэптивные» подразделения, тогда как на долю независимых сервисных компаний приходится 46%. Доля международных игроков сейчас составляет всего 5%. После ухода таких гигантов, как Baker Hughes, SLB, Weatherford и Halliburton в марте 2022 года, их российские активы были переданы местному менеджменту. Так появились такие игроки «большой четверки» независимого сервиса, как «Бурсервис» и группа компаний ТОФС.
Важным трендом является рост импортозамещения: уровень зависимости нефтегазового оборудования от импорта за десять лет поднялся с 40% до 70%, а стратегическая цель к 2030 году — достичь 90%. Тем не менее, наиболее критические узлы все еще требуют внимания. Если оборудование замещается активно, то интеллектуальные системы, телеметрия (где доля импорта превышает 55%) и роторно-управляемые системы все еще сильно зависят от зарубежных поставок.
Для обеспечения стабильности отрасли критически важна и налоговая предсказуемость. Сейчас более половины добычи осуществляется в рамках режима НДД (налог на добавленный доход). В 2023 году общая сумма налоговых льгот составила 1,7 трлн рублей, из которых около 1 трлн пришлась именно на механизмы НДД. В правительстве сейчас обсуждают расширение этого режима. Замминистра финансов Алексей Сазанов сообщил, что бизнес уже внес предложения по включению новых месторождений в четвертую группу НДД. Этот режим, предназначенный для наиболее истощенных участков, предполагает снижение ставки НДПИ и возможность учитывать реальные расходы при расчете налоговой базы.
